– По тебе это заметно.

– Так не усугубляй своими колкостями мое и без того раздерганное состояние.

– Я ничего не усугубляю. – Елисеев поднялся с кресла, прошел к столу и, не гася, бросил окурок в пепельницу. – Напротив, я пытаюсь отрезвить тебя и заставить здраво оценивать ситуацию.

– Хорошо. – Бесшапошников сдался. – Я согласен с тобой. И готов полностью отдать тебе на откуп эту ситуацию. Поступай, как знаешь. Кстати, что там с этой телкой? Ты так и не сказал мне.

– Я и сам не знаю. – Елисеев обошел вокруг стола, сдвинул крайний стул и облокотился о его спинку, стоя спиной к выходу. – Я не занимаюсь этой проблемой. Ее взяли на себя более компетентные люди.

– Ты хочешь сказать?…

– Да. – Алексей обернулся через плечо, словно опасался, что их с Бесшапошниковым мог кто-нибудь подслушать. – Я разговаривал с ним по телефону сегодня в районе половины первого ночи. Он сказал, что сам все урегулирует. Мы, дескать, можем спать спокойно.

– Вариант двойной игры исключен?

В голосе Бесшапошникова не чувствовалось особенного беспокойства. Вопрос был задан скорее для проформы. Чтобы услышать ответ из чужих уст. Однако Елисеев не оправдал его ожиданий. Он только пожал плечами и едва слышно процедил сквозь зубы:

– Не должно быть. Хотя ты же знаешь, что я никогда полностью не доверял ему. Черт его знает, какие там тараканы у него в башке. Но мое мнение – еще не показатель. – Елисеев усмехнулся. – В этом вопросе я как раз параноик. Иногда доходит до того, что я и самому себе перестаю доверять. Этому, кстати, меня учил мой отец.

– Преемственность поколений, – легко парировал Бесшапошников.

Последняя шутка Елисеева в значительной мере разрядила накалившуюся до этого обстановку. Александр так и не стал пить свой лимонад, вернув бокал на стол. Елисеев дружески подмигнул ему.